Производственная практика
Повесть о юных волгарях в годы Великой Отечественной войны.
Приезд в деревню бывшего одноклассника Серёжки Петрова определил мою дальнейшую судьбу до конца дней. И в этом нет ничего удивительного: каждый серьёзный выбор в детстве и юности решающий.
Стоял август 1941года. Война. Серёжка красовался в чёрной форменной шинели, несмотря на летнюю погоду, с блестящими пуговицами и тёмно-синими петлицами, в чёрной фуражке с буквами РУ, сидевшей, как влитая, на его стриженой «под ноль» круглой голове. Вид его создавал картину, схожую с военной жизнью. И как тут не дрогнуть сердцу 15-тилетнего мальчишки в 1941году. Серёжка подробно рассказал о своём ремесленном училище, о технике, которую он осваивал, чтобы стать фрезеровщиком. Я с тройкой самых близких друзей решил тоже поступать в «ремеслуху», но в речную. Нас притягивали просторы великой реки, протекающей недалеко от нашей деревни.
Мама заплакала, когда я рассказал ей о своих планах.
-Шурка, как ты оставишь меня одну?
Я, трое моих братьев и маленькая сестрёнка остались без отца в 1938 году.
-Ну, почему же одну? – возразил я резонно, - Иван, Павел, Женька тебе будут помогать, да и Лидочка подрастёт.
-Старшим уж на днях повестки на фронт придут, - печально возразила мама, - а нас, женщин, которые не работают в колхозе, погонят рыть окопы.
Она отошла к огромной русской печи, занимавшей половину кухни, засунула по привычке руки под пёстрый передник, и слёзы потекли по впалым её щекам.










