Михаил Чижов

нижегородский писатель

Онлайн

Сейчас 42 гостей онлайн

Последние комментарии


Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
Содержание
Дом
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Все страницы

 

Жизнь — это то, что случается с нами,

пока мы строим планы на будущее.

Томас Ла Мане

 

Двухэтажный угловой деревянный дом за сорок последних лет, что я его не видел, совсем постарел. В то далекое время я часто прощался здесь со своей девушкой, провожая ее после занятий в институте. Теперь дом лишь наполовину жи­лой, часть окон заколочена, часть просто выбита, некогда кра­сивые и резные наличники свисают словно рваная бахрома на обветшавших занавесях. Парадной дверью не пользовались, наверное, все эти годы. Перекошенные косяки намертво закли­нили ее, «металлисты» заботливо сняли ранее сверкавшую здесь медную ручку, кирпичный порожек превратился в груду ще­бенки.

Старые дома в городе умирают как незнакомые люди, мед­ленно и незаметно исчезая, словно их и не было. Одно- и двух­этажные, щитковые и бревенчатые, обшитые тесом, с мезони­ном или без оного завершают свой нелегкий путь. Многим лю­дям дарили они кров, тепло, свет и состарились в бескорыстном служении. Стены их слышали крики нарождающихся младен­цев, смех и плач подрастающих детей, жаркий любовный ше­пот, восторг торжествующей от наслаждения плоти, стоны боль­ных и умирающих, невнятные слова молитв и причитаний. Гре­мели над ними грозы, проносились вихри, шептали теплые весенние ветерки, падал ласковый, желанный дождик, кру­жился снег.

И нет числа характерам, соединенным с ними. Лицемеры и прямодушные, лгуны и правдолюбцы, подлые и честные, ко­варные и порядочные, умные и глупые, покорные и гордые, бессовестные и стыдливые, подхалимы и несгибаемые жили в этих стенах, приходили в гости, роднились или расходились навеки.

Разваливаются старые дома, уходят люди, их создавшие, меняются житейские принципы и, к сожалению, критерии оцен­ки прошлого и настоящего.

Когда-то, давно, и я родился в старом, тогда уже умираю­щем, бревенчатом доме. Согревала меня не только широкая русская печь, основа северного деревянного дома, но преж­де — добрая семейная любовь. На печи приятно было лежать и, свесив голову, наблюдать, как по полу бродит рыжий кот, ко­торый, встретившись с моим взглядом, тут же перебирался ко мне под бок, как бежит из открывающихся дверей морозная струйка белесого воздуха, как что-то стряпает мама. В печной трубе воет ветер, под рукой мурлычет кот, и ты сладко засы­паешь вместе с ним. Забудешь ли ощущение бесконечно ласко­вого уюта, когда, вернувшись с прогулки домой весь обвален­ный снегом, прижимаешься спиной к горячим бокам печи, под­совывая за поясницу окоченевшие пальцы.



Добавить комментарий


Защитный код
Обновить