Михаил Чижов

нижегородский писатель

Онлайн

Сейчас 8 гостей онлайн

Последние комментарии


Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
Содержание
Как стать смирным
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Все страницы

1

Сразу оговорюсь, обучение в США стоит очень дорого потому, что диплом университета является своеобразным пропуском в средний класс. Вот, отчасти, почему в американских семьях по 3-4 ребенка. Нелогично? Непонятно? Сейчас объясню.

Средний класс (я говорю не о школьном классе), в котором я вращался, хочет, разумеется, вырастить из своих детей добрых, образованных людей, видных членов общества. То, что так и будет, ни у кого не вызывает сомнений! Здесь я готов поставить хоть десять восклицательных знаков. Вера в себя, в американское общество, систему образования, работу после получения высшего образования – это тот непреложный свод ценностей, о котором помнит американская семья, планирующая количество детей. Этому процессу не мешает даже эмансипация, столь развитая в Америке, при которой женщины непременно хотят работать, добиваться профессионального успехов, пусть даже за счет своего здоровья, но не количества детей в семье. Поучительный пример для российских женщин, не желающих рожать, но бесконечно твердящих, как попугаи, о стремлении пожить для себя, сделать карьеру, о слабой поддержке со стороны государства.

Рожать в Америке непросто. Рост депрессии и других нервных расстройств, возникающих на «трудовом» поле США за последние годы, значителен. Любимая американцами и всезнающая статистика сообщает, что депрессионные потери в производительности труда ежегодно обходятся стране в 30-44 млрд. долларов. Лидируют по количеству депрессионных расстройств няни и другие работники, осуществляющие уход за детьми, пожилыми и инвалидами.

«Способствуют» этому в немалой степени правила, регулирующие взаимоотношения между работодателем и работником, которые в Америке очень жесткие, если не сказать бесчеловечные. До родов американская работающая женщина не имеет никаких льгот (оговорюсь: уволить беременную работницу не могут). Сегодня ты с огромным животом вышла на работу, а завтра рожаешь, и всего лишь два дня после родов оплачивает фирма. Вот и весь социальный пакет. Фирма дополнительно может предоставить две недели за твой счет, по истечении которых надо непременно выйти на работу. Попробуйте представить две сумасшедшие недели боли, восторгов, радости и сложностей, испаряющиеся, как дым, после которых извольте отдать любимое чадо в чужие руки. А если осложнения или болезнь какая-нибудь? Еще раз вспомним о российских семьях, в подавляющем большинстве своем имеющих по одному ребенку. Почему? Ведь у матерей 72 оплачиваемых работодателем дня до и после родов, и по желанию могут ухаживать за свой счет за ребенком еще три года, сохраняя место своей работы.


В американских условиях через две недели после родов семье нужна квалифицированная няня, которая в силу вышеназванных слов о депрессии, хочет иметь зарплату 10-12 долларов в час, что составляет в большинстве случаев половину зарплаты матери. Можно отдать двухнедельного ребенка в ясли, есть и такие в Америке, но по такому пути идут немногие. Бабушки, кроме русских, вообще не берутся в расчет, так как они отработали свое, помучились с детьми, и теперь предоставляют такое «право» своим детям, отправляясь в заграничные или иные туристические путешествия.

Для сравнения: уборщик мусора от домов, о которых я рассказывал ранее, получает примерно такие же деньги, как няня. Чтобы уменьшить часть  зарплаты отдаваемой няне, рожают второго, а потом и третьего ребенка. Таким образом, имея 3-х детей, семья не платит няне 30 долларов в час (10х3), а в лучшем случае 20 долларов. Как бы там ни было, в стране сформирован обычай, может быть, мода, а, точнее, традиция на многодетные семьи.

Чаще всего мать бросает работу и сидит дома со своими детьми, экономя на няне, на бензине (поездка на работу), на еде. Разрыв по времени между первым и другими детьми обычно не велик (1-2 года): одежда и другие предметы детского обихода (коляска, игрушки, кроватки и т.д.) используются повторно, что также уменьшает расходы. И при этом американцы правильно понимают основную составляющую воспитания в больших семьях: эффект продленного детства. Под ним понимается «изоляция» от чрезмерного влияния  родителей. Ребенок в большой семье живет в среде родных людей близких по возрасту: братья и сестры. Взрослый мир до определенного времени пролетает стороной, не задевая детей своими жесткими правилами-крыльями. Единственный же ребенок всегда крутится под ногами родителей, прислушиваясь к их спорам, ссорам, сплетням. 

Отдав последнего ребенка в детский садик, обычно это делается в три года, американская мама выходит на работу. Таким образом, на рождение трех детей она тратит 6-7 лет, а после 9 летнего перерыва выходит на работу и спокойно делает карьеру. Ей в это время 30-33 года, самый расцвет. И демографическая ситуация в стране не страдает и не надо никаких «материнских капиталов» от государства (я имею ввиду 250тыс. руб. в России на рождение второго ребенка). Старшие дети, уже школьники, посещают «продленку», о них не надо беспокоиться по поводу перехода дорог, полных мчащихся машин, их развозит домой школьный автобус. После 16 часов (4рм) старшеклассники обычно дома и могут забрать младшего братика или сестренку из садика, но при условии, если его имя включено в список лиц, имеющих право забирать ребенка из детского садика.

И еще одна пикантная особенность, широко используемая в американских семьях. Обзаведясь тремя или большим количеством детей, в зависимости от каждого конкретного семейного плана, отец стерилизуется, чтобы обезопасить супругу от непредвиденных осложнений и несоблюдения ранее утвержденного плана. Прошу не путать эту операцию с кастрацией.


Но главное, я еще раз подчеркну, не в финансово-трезвых расчетах, а той атмосфере любви к детям, заботе о них со стороны общества, государства, различных благотворительных организаций, меценатов, тех невидимых и неслышимых нюансов и флюидов, создающих благотворный климат, способствующий рождению детей. Хотя, казалось бы, внешние факты говорят об обратном.

2

В американском детском садике довольно-таки спартанская обстановка. Еда скудная и почти всегда холодная. На завтрак весьма своеобразная пицца, состоящая из куска сдобы, разрезанной пополам, с намазанным на него слоем пасты, поверх которой кладут кусочки сыра. Потом это простенькое  «сооружение» запекается в духовке, но не в самом детском садике, а привозиться готовым из некоего пищевого центра. Пицца запивается стаканом кока-колы. Вся посуда одноразовая. Обед состоит из макарон, которые также отвариваются не в детском садике, хотя кухня в нем есть, а привозятся из того же центра, что по мнению американцев обеспечивает стерильность пищи и исключает бактериальное загрязнение. Обед могут подогреть в микроволновой печи, но чаще подают холодными, и также с сыром.

Сразу после завтрака занятия, в основном это лепка и рисование. Низенький столик застилается листом серой бумаги, на который выставляется краска, в которую ребенок может залезть рукой и ей же рисовать. В целях сохранности одежды на ребенка 3-4х лет наряжают чуть ли не резиновый комбинезон.

Спартанское отношение к детям особенно заметно во время учений по ликвидации чрезвычайных ситуаций (пожары, взрывы, нападения террористов и взятие заложников). Они могут быть объявлены в любое время года (обычно раз в квартал), несмотря на погодные условия, короче по графику, который знает только очень узкий круг должностных лиц. И где бы ребенок не находился к моменту объявления ЧС, он должен быстро покинуть помещение. Одет ли он в теплое пальто или раздет до трусов для занятий физкультурой в зале. Воспитатель детского садика рассказывала мне, что эти проверки и аварийные тренировки напоминают пришествие хана Батыя, во время них дети обычно простужаются и заболевают, да и стрессовая встряска немалая. Безопасность детей – это, можно сказать, idea fix для американцев, обладающих отличительной особенностью доводить прекрасное дело до абсурда. Может быть не до полного, но до легкой степени – точно.     

По системе Монтессори, очень распространенной в Америке, воспитатель не должен являться центром группы и выделяться из нее, во время рисования и лепки он стоит перед столиком на коленях, чтобы его глаза находились на уровне глаз детей, то есть, уравнивая себя под них. Он помогает каждому малышу индивидуально, но только тогда, когда это необходимо. Примерно так реализуется принцип невмешательства.


Другой основной принцип – свобода выбора. На занятиях ребенок выбирает то из них, которое ему нравится в силу своего возраста, интереса и уровня развития. Нельзя заставлять ребенка что-то делать, если у него нет желания, и нельзя порицать его за неправильную работу после объяснений со стороны ребенка.

Много еще хороших принципов заложено в этой системе, разработанной итальянским педагогом Марией Монтесорри (1870-1952гг.), широко распространившейся за последнее время, и принимаемой американцами как новое изобретение. Хотя есть Интернет, столь любимый американцами, но мало кто из молодых родителей может пояснить: кто такая Монтесорри.

Но отголоски этой системы доходят и до улицы. Гуляя с внуком, я убедился в необходимости соблюдения следующих негласных предписаний: шлепать при людях своего ребенка нельзя – можно попросту угодить в тюрьму по доносу присутствующих. Чтобы не вытворял чужой ребенок, нельзя ему делать замечание в присутствии его родителей. Нарвешься на скандал. 

Согласно, то ли американским методикам дошкольного воспитания, то ли системе Монтесорри, но ребенка за день нужно обнять не менее 9-ти раз, для того чтобы он рос и развивался с ощущением счастья. Почему именно девять? Это такая же  загадочная цифра, как и 1760 ярдов в миле.

Никакого принуждения, никакого негатива, никаких дидактических нажимов, одно лишь потакание детским капризам. Считается, что любой отказ, любое принуждение наносит нежной, ангельской душе ребенка глубокий вред, непоправимую психологическую травму. Предоставление абсолютной свободы действий (но не граничащей с анархией, так как все под контролем) приводит, по мнению воспитателей, к спонтанному развитию благороднейших человеческих качеств и обеспечивает, как результат, счастье ребенка. Как происходит на самом деле, мы убедимся ниже.

3

Пяти лет ребенка можно отдать в публичную школу (Public school), так называемый «киндергарден» (дословный перевод - детский сад) или нулевой класс, который является продолжением обучения в детском садике (садике – как учреждении).

Публичная или общественная школа, так ее еще называют, финансируется из муниципального бюджета, и бесплатна для родителей. Берут в нее всех без исключения согласно месту жительства, при приеме обычно не интересуются какое у вас гражданство, но доходами могут поинтересоваться, чтобы определить и напомнить: обладает ли ваш ребенок какими-либо льготами, исходя из вашего финансового состояния. Школы в зависимости от района нахождения различаются по качественному составу учителей и преподавания. Средний класс (имеется в виду не школьный класс) – он тоже разный. Есть районы, например, Фэрфакс под Вашингтоном, где в основном одиночные дома людей с населением, достаток которого выше среднего (скажем так). Соответственно и школы там с лучшими преподавателями, так как из школ, где учатся дети бедняков, сильные учителя бегут. Жить в богатом районе не просто престижно, но и выгодно. Для престижных школ существуют, так называемые, «добровольные отчисления», которые позволяют школе сохранить лоск, а родителям лишний раз похвастаться друг перед другом своими финансовыми возможностями.


В Америке подобное негласное разделение школ ни для кого не секрет: некоторые продвинутые родители перед достижением ребенком школьного возраста специально переселяются ближе к тем школам, которые считаются престижными, чтобы в них отдать своих детей. Знают об этом и власти. Мэр Нью-Йорка Майкл Блумберг внес в городскую думу (скажем так) законопроект, предусматривающий систему качественной оценки работы школ (их в «Большом яблоке» более 1200) и присвоения им буквенного балла. Если паблик-скул (общественная школа) получило оценку «А», то ей полагается денежная премия, а при оценках «Д» или «F» встанет вопрос о замене директора или даже временном закрытии школы. Власти считают, что новая система повысит ответственность руководителей школ и сделает уровень качества обучения более высоким. Однако родители опасаются, что поставленные на школы «клейма», приведут к ущемлению детей в правах, и в большинстве своем недовольны предлагаемым законопроектом. Риэлторы (агенты по продаже недвижимости) уже в предвкушении увеличения объема работ и, соответственно, доходов потирают руки, так  как уверены, что школы с рейтингом «А» спровоцируют больший спрос на недвижимость в этом районе.

С социальной точки зрения проблема ясна: при развитой «демократии» все глубже и шире пролегает пропасть между бедными и обеспеченными, которые прилагают все меры для изоляции себя и своих детей от вредного влияния «демоса» (народа).

Есть и частные школы, созданные или по религиозному признаку (католические, например), или по национальному (русские, еврейские). В некоторых частных школах плата может составлять до несколько десятков тысяч долларов в год и быть сравнимой с платой за обучение в университете с громким именем. С юных лет в Америке усваивается важный урок американского образа жизни: хорошее положение в обществе покупается за хорошие деньги.

Учебный год в общественной школе начинается сразу же после государственного праздника Дня труда (Labor day), который отмечается в первый понедельник сентября. Первый школьный день – никаких цветов, бантов, белых передничков, ничего, что отличало бы этот день от других в году. Одежда самая простая, как принято и у родителей. Школьника отличает лишь рюкзак за плечами, да в руках жестяной или пластмассовый чемоданчик с обедом («ланч-бокс»).


Много детей, идущих из школы, попадались мне на  пути, когда проезжал мимо школ на велосипеде. В нашем районе расположены рядом друг с другом  три школы: Potomac falls high school (обучение с 9 класса по12), Potomac bend middle school (с 5 по 9 класс), Algonkian elementary school (с 0 по 4 класс). Еще раз подчеркну, что это отдельно стоящие здания, то есть маленькие детишки не смешиваются не только со старшеклассниками – 18-ти летними верзилами и взрослыми девицами, но и учащимися средних классов. Здания школ в архитектурном отношении – серенькие одноэтажные убожества, напоминающие безликие кирпичные бараки. Как не говори, хотя муниципальный бюджет и не нищ, но строить шикарные здания он, разумеется, не в состоянии.

В начальных классах ученика не сажают сразу за парту. Для начала его учат сидеть по-турецки на полу, застеленным ковром. В такой позе они слушают чтение книг или играют в какую-нибудь интересную игру. Впрочем, такая же система и в детском садике. В нулевом классе много рисуют, лепят – занятия похожи на единый нескончаемый урок труда. Произведения детей оценивают не по пятибалльной системе и не буквами от А до F, как это делают в старших классах, а звездочкой и ли изображением круглой улыбчивой физиономией – «смайликом». Занятия в младших классах – это и не менее длинный урок пения. Веселая, задорная песня – путь к счастью и жизненной благодати. Несомненно, это так, но во всем нужна мера.

В школьном «киндергардене» предусмотрен перерыв на сон. Спят дети, так же, как и учатся, на полу, на небольших ковриках, которые покупают родители, но хранятся коврики в школе. Спать, впрочем, совсем не обязательно, можно просто полежать, задумавшись, но если кто-то, изображая заснувшего, действительно заснет крепким сном, а тихий час уже закончится, то такого «ученика» не будят до тех пор, пока сам не проснется. Бывает, что сон может продлится до прихода родителей.

Главное табу - ни в коем случае нельзя разговаривать! Для контроля за соблюдением этого требования назначается дежурный из числа детей. Он, словно часовой в армии, патрулирует комнату и выявляет говорящих или ворочающихся. Его задача – ябедничание. То есть: сообщить впоследствии воспитателю имена тех, кто болтал и ногами, и языками. То, что в российской школе считается позорным, и за что обычно больно бьют, в американской школе приветствуется и поощряется. Имена провинившихся записываются, и хотя их за это не ругают (официально так, но мнение, тем не менее, у воспитателей складывается вполне определенное), и попасть в этот список страшно. Быть записанным в этот кондуит (журнал проступков учащихся, впервые введенный в середине 19 века в Германии) – значит выпасть из коллектива, успешно идущего по намеченному маршруту к счастью. Именно с этого возраста юному американцу внушается истина, что он является частью большого целого (класса, группы, рабочего коллектива, фирмы, общества в конце концов), имеющего свои задачи и предъявляющего свои требования к единому поведению, мышлению, ценностям. Быть иным, чем одноклассники, - равнозначно нарушению закона, а быть ябедой очень почетно. Каждый раз на эту «должность» избирается новый ученик, то есть каждый должен пройти горнило формирования общественной «добродетели».


Можно много говорить об изъянах или достоинствах этого метода воспитания. Ясно и несомненно одно: для развития творческой личности – это вред (смотри эпиграф к заметкам), но для правительства, властей, руководителей фирм и прочей «кратии» - стукачество и законопослушность граждан – несомненное благо, искореняющее любое вольнодумство и, тем более, малейшие революционные подвижки. Да, народ превращается в послушное стадо, и в душе многие из россиян против этого метода, но в трезвой голове есть убежденность, что, к сожалению, общество еще не придумало иных приемов, чтобы обеспечить свое процветание и стабильность.

В начальных классах американской школы пишут только карандашом. При этом никто не следит, как ты держишь свой карандаш, никаких прописей с палочками и закорючками, что быстро переняли и наши, российские, школы. В сторону примитивизма всегда легче идти! И посмотрите, как держат ручку американцы и наши уже не юные граждане. Они зажимают ручку всей пятерней, что делает их очень похожими на горилл, рисующих абстрактные картины. Два года школьники пишут только печатными буквами, что некоторыми усваивается на всю жизнь, и лишь в третьем классе пишут прописью. Писать карандашом на протяжении 4-х лет считается приметой американского прагматизма: написал неправильно – стер, а потом переписал заново. Экономия бумаги и нервов. Здесь я от комментариев откажусь.

На уроках математики цифры заучиваются, как буквы. На простейшие арифметические действия, сложение и вычитание, обращают особое внимание и тренируют на множестве примеров, причем категорически запрещается считать на пальцах. Кстати, русские и американцы схожи в манере счета на руках: если немцы, например, считая, выкидывают пальцы из сжатой пятерни, то мы с американцами загибаем пальцы.

Уже в начальных классах учеников приучают к операциям купли-продажи под видом усвоения математики на практике. Для этого устраивают bake sale - распродажу печений, купленных или выпеченных родителями. На этом самодеятельном базаре одни из учеников становятся продавцами, а другие покупателями, с последующей заменой ролей. Дети учатся правильно сдавать сдачу и проверять её, «не отходя от кассы».

В школах принято, особенно в старших классах, проводить «научные ярмарки» (science fair), на которых надо представить собственный научный проект, наглядно иллюстрирующий тот или иной закон физики, химии, экологии и прочих школьных предметов. Надо показать, например, как проходит та или иная химическая реакция, желательно с видимым эффектом, или на собственноручно изготовленном макете или модели показать действие торможения, трения и так далее, или составить план экологических мероприятий по оздоровлению окружающей среды. Подобное начинает внедряться и в России, но очень медленно.


Похвальна стратегическая задача американских учителей приучить своих воспитанников к чтению книг. Как в добрые советские времена, учитель дает на лето (и не только) список книг, необходимых к прочтению. В американской школе порой требуют родителей расписываться в дневнике школьника, регистрирующем, сколько страниц им прочитано за день или неделю. Было в СССР издательство «Детская литература», выпускающее книги для детей и школьников по умеренной цене, и в приснопамятные времена капиталистических реформ конца 90-х годов приказавшее долго жить. К счастью ныне восстановленное.

Так и в США есть детское издательство «Scholastic», прайс-листы которого на новые издания распространяются в школах. Стоимость книг, особенно детских, чисто символическая. В книжном магазине города Рестон (Rest – отдых, значит, это город отдыха) я покупал книги по истории Древнего Египта, Древнего Рима, богато иллюстрированные, на мелованной, дорогой бумаге за 15 долларов (получают же самые бедные американцы 2000 долларов в месяц). Представьте, что в России они стоили бы 15 рублей, их бы расхватали за несколько часов. Такую же стоимость имеют книги по искусству, которые у нас стоят 5-10 тысяч рублей при средней зарплате в 5000 рублей.

В американской школе нет, по российским понятиям, родительских собраний, а есть индивидуальные встречи родителя и учителя. Организуются они следующим образом: отец или мать ученика передает с ним учителю записочку, в которой сообщает удобное для себя время встречи, а учитель возвращает её с подтверждением. К назначенному времени в школе собирается группа взрослых, как на прием к психотерапевту. Учитель вызывает того или иного родителя и в пятиминутной беседе, не более, тет-а-тет говорит ему нелицеприятную (а может и приятную) правду о его дитяти. Содержание беседы остается тайной, если, конечно, родитель не разболтает приятную для него часть беседы.

Изъяны такого метода общения учителей и родителей налицо. По данным Американской коалиции отцов и детей (American coalition for fathers and children – ACFC – каких только коалиций и комитетов нет в США) 93%  школьных учителей не знают о семейном положении своих учеников. Из-за этого происходит много малоприятных ситуаций. В штате Массачусетс 14- летний тинейджер (подросток) повесился после того, как учительница перед всем классом попросила мальчика рассказать, кем и где работает его отец, местонахождения которого не знала сама мать ребенка.

При этом практикуются общие собрания, проводимые директором школы с учениками, на которые родители не приглашаются. Однако, они вправе написать записочку с вопросом директору, которую зачитывает ребенок.


Лист успеваемости (report card) выдается ученику по окончании учебного года. Оценки по каждому предмету выражены в процентном отношении: 100 % - сверхотлично (вот откуда, видимо, пошло выражение 100 процентный американец). Мерило, впрочем, неплохое и очень показательное. 50 % - значит, трудился в полсилы. Но самое интересное заключается в том, что индивидуальные показатели по каждому предмету сопоставлены со среднестатистическим уровнем по стране. Ребенку, а особенно его родителям, как бы дают понять, что успехи дитяти небезразличны стране, а верховная власть, организуя службу статистики, думает о каждом гражданине, какого бы возраста он не был.

Каникулы у американских школьников только зимой и летом. Весенних и осенних нет вообще. При этом зимние каникулы очень короткие: от Рождества (25 декабря) до Нового года. Летние каникулы также короче российских и начинаются в конце июня. В США детей с детства приучают к образу жизни взрослых, которые не избалованы продолжительными отпусками – в год две недели, и … достаточно.

В паблик скул запрещено прилюдно проявлять свои чувства. Например, обнять своих подруг на радостях от наступающих каникул или полученной пятерки (в нашем смысле). Наказание – отсидка после уроков в пустом классе в течение нескольких часов. Как соотнести это с тезисом, что школа должна приносить счастье, очень непонятно. Наверное, локальный перегиб.

Детям в США постоянно дают понять, что они, независимо от цвета кожи, - дети одной страны. Мы с внуком часто смотрели обучающие мультипликационные игровые видеофильмы фирмы «Энштейн», купившей право на использование фамилии выдающегося физика. В них, если показывают игровой момент, то наряду с белым мальчиком непременно соседствуют черные, желтые дети. В каждом таком эпизоде! Политкорректность – новое модное словечко, не выходящее из речевого оборота взрослых, – для школ тоже не пустой звук. Если ты поешь песенку о Рождестве Христовом, то не отказывайся петь и про Хануку, отмечаемую примерно в одно и тоже время. Хотя вопрос о религии считается в школе, со слов очевидцев, одним из самых щекотливых и вызывающих острые дебаты.

В средних школах (9-12 классы) организуются классы для способных учеников (Gift and talented classes in the high schools), которые занимаются по особой программе. Уроки в таких классах зачастую ведут преподаватели колледжей и университетов. Для поступления в них не сдаются экзамены в нашем понимании, а проводится лишь собеседование. Особо учитывается средний балл по итогам всего обучения в общественной школе. Слабый и бедный ученик не пойдет учиться в университет. Деньги и здесь являются всеобщим регулятором и барьером, через который трудно перепрыгнуть.


4

Роль ребенка в американской семье (семью сына и сватов я считаю уже американской) существенно отличается от русской. Американские родители по отношению к детям занимают позицию зрителя и поощряют его, если он ведет себя согласно их ожиданиям. Он – центр семьи, его желания считаются законом, он преподносит себя, как актер, и требует аплодисментов, будто он всегда рассказывает новогодний стишок, взобравшись на стул. Ребенок «работает» на внешнюю среду и усваивает только тот стиль поведения, который вызывает одобрение родителей. В русской (европейской) семье примером является отец, или мать. Ребенок – наблюдатель, а  родители авторитетны и порой авторитарны, и формируют своими примерами правила поведения ребенка в обществе.

Американский метод хорош при воспитании будущего таланта, который с «младых ногтей» знает, что ему нужно. В русских семьях ребенок с Божьей искрой тоже автоматически становится на первое место, и все его просьбы (не прихоти, их у талантливого человека нет), безусловно, выполняются. Я знаю одну нижегородскую семью, где пятилетний ребенок «вдруг» и неожиданно для окружающих захотел научиться играть на … балалайке. Где он ее увидел? Как пришла ему эта мысль? Загадка. Глас Божий! Он, не умея читать, разбирает сольфеджио, с нетерпением ждет очередного урока в музыкальной школе и просит мать, чтобы та отмечала в календаре дни занятий в ней. Вот такому ребенку надо помогать и прислушиваться к его «советам». У русских есть такое тонкое наблюдение: «Таланту надо помогать, бездарный сам пробьется».

В Америке никогда не будет актуален В.В. Маяковский со словами:

Крошка сын к отцу пришел,

И спросила кроха:

-Что такое хорошо

и что такое плохо?

Потому что американский сын не пойдет к отцу с такими вопросами. Он сам будет объяснять это отцу. Если отец есть.

Отсутствие отца нередко становится причиной травли школьников из неполных семей со стороны их сверстников, особенно в подростковом возрасте. Вот, например, что написали в записке девятилетнему Джейку одноклассники: « Все знают, что ты девчонка. У нормального парня должен быть отец, с которым он будет весело проводить время – готовить барбекю, ездить на футбол, играть во фрисби. Ты же общаешься только со своей мамочкой. Ты – урод. Пожалуй, мы больше не будем называть тебя Джейк. Тебе больше идет имя Джессика».

Да, не все благополучно в американских общественных школах, как впрочем и в российских. Знаменитое Федеральное бюро расследований (Federal Bureau of Investigation – FBI – ФБР, по-нашему) представило подробный отчет об уровне преступности в школах за 2001-2004 годы. Сотни специалистов из самых разных областей – от психологов до криминалистов – попытались разобраться, что происходит в школьных стенах. Вот, что они выяснили.


За четыре года в школах США произошло 589534 нарушения (3,3% от общефедерального числа преступлений). В российской прессе я что-то не встречал подобных цифр, а жаль, сразу оговорюсь. Примерно каждый третий случай заканчивался арестом юного (10-19 лет) преступника. 71% всех нарушителей это белые тинейджеры, 27% - афроамериканцы, 2% - азиаты, индейцы и представители других рас. Вот опять у американцев слова о равенстве всех рас и призывы к соблюдению политической корректности расходятся с делом: до сих пор при подсчетах они всегда выделяют проценты, приходящие на белых, черных, желтых. Представьте, что в России в статистических отчетах о преступлениях, выделялись бы преступления, совершенные татарами, мордвинами, чеченцами, осетинами. Нет такого, и в голову даже не приходит никому.

Расскажу об одном диком случае, происшедшем в средней школе штата Луизиана, в которой 16-ти летний подросток до полусмерти забил своего одноклассника железным прутом, вырванным (ого!!!) из оконной рамы. Изуверство было настолько изощренным, что после того, как жертва потеряла сознание, юный садист принялся выбивать однокласснику зубы. Полицейские задержали «школьника», когда он вынимал из окровавленного рта очередной зуб. По словам садиста, он планировал послать по почте выбитые зубы родителям жертвы разбоя.

Не хочется приводить еще случаи преступлений из жизни американских школ, наверное, и у нас, в России, их хватает. Нет только случаев применения огнестрельного оружия. В Америке оно ежегодно используется для отстрела надоевших одноклассников или студентов, и не единожды.  Скажу лишь, что на первом месте по числу нарушений занимают драки, на втором – запугивание или психологический (физический) садизм (пример письменного запугивания приводился выше), а на третьем – воровство школьного и личного имущества.

С каждым годом растет число изнасилований и сексуальных домогательств в учебных заведениях. В школах Лос-Анджелеса дошло до того, что учителя порекомендовали девушкам не носить «вызывающую одежду» и не пользоваться косметикой, чтобы не провоцировать «неадекватную реакцию со стороны мужского пола». Короче говоря, ученицам намекнули, что чем лучше они выглядят, тем больше у них шансов быть изнасилованными…

Конечно, школы, из жизни которых я привел такие удручающие примеры, не получат высокую категорию «А» по Блумбергу, но, наверное, пора сделать более обобщающие и неприятные для форпоста мировой «демократии» выводы. Они таковы: штрафы на основе доносительства – эффективный рычаг для регулирования общественных отношений действуют лишь до определенного предела. Имя, которому – распад личности.


5

Позором для России является все увеличивающееся количество детских домов. Как бы ни был могуч в своих педагогических знаниях Антон Макаренко, как бы ни сильна была его «Педагогическая поэма», но воспитание детей в отрыве от родителей – нонсенс. И это хорошо поняла в свое время Америка. Там нет детских домов, хотя ежегодно в США вследствие самых разных причин свыше ста тысяч детей остаются без родителей и родственников. Система призрения брошенных детей имеет в США название «foster», что в переводе на русский обозначает «воспитывать, ухаживать».

Суть этой системы состоит в следующем: дети, оставшиеся без опеки, практически сразу же попадают в приемную семью, которая заранее изъявила желание приютить ребенка. Много, очень много в Америке людей, стремящихся приютить чужого ребенка. Уверен, что в России сердобольных людей не меньше, но вот как важен тот стиль жизни, который определяется и задается государством в виде той или иной системы.

«Фостером» в Америке может стать любой работающий, здоровый человек, без вредных привычек и некоторых хронических (астма, диабет) и инфекционных (туберкулез) заболеваний. Требования к «фостерным» семьям очень жесткие, но теоретически ими могут стать и одинокие мужчины и женщины, никогда не состоящие в браке. В некоторых штатах (Миссисипи, например) претендовать на ребенка могут люди с нетрадиционной сексуальной ориентацией. В Америке буквальное засилье пресловутых прав человека, расходящихся с традиционной нравственностью.

Количество организаций, оказывающих услуги по опекунству, растет с каждым днем. И везде причиной роста являются деньги. Практика показывает, что на одиноких детях можно зарабатывать огромные деньги, так как бесплодные семейные пары готовы тратить десятки тысяч долларов, лишь бы усыновить ребенка.

Надзирает за процессами «фостера» федеральный департамент по оказанию помощи детям и семейных услуг (Department of children and family services – DCFS), чиновники из которого утверждают, что «фостерная» семья – это не что иное, как подготовительный этап к процессу усыновления. Статистика же показывает, что в среднем ребенок живет в «фостерной» семье всего лишь один год. Дело в том, что также как и в России, у большинства брошенных детей живы биологические родители (мать или отец), которые или находятся в тюрьме, или лишены родительских прав. По американским законам усыновит ребенка при наличии живых родителе практически невозможно. Хотя есть случаи, когда дети живут в одной семье многие годы, но при этом социальные работники из упомянутого департамента, навещающие по графику «фостерную» семью каждые 2-3 месяца, запрещают (вот изуверство) называть ребенку своих временных опекунов папой и мамой, если живы настоящие родители, получившие, например, большой срок заключения.


Конечно же, американцы называют свою систему призрения брошенных детей лучшей в мире, и они правы, хотя бы в том, что в ней нет зловещих детских домов, как в России, больше похожих на исправительные колонии для малолетних. Ибо, где временный и обособленный коллектив, там рождаются неформальные лидеры и силовое принуждение (по-русски – «дедовщина»). Будь то школа, институт, армия, тюрьма. Чего там скрывать: детские дома – один из путей дальнейшей люмпенизации общества. Но, разумеется, и в американской системе есть свои отрицательные стороны.

Вот некоторые из них. В «фостерном» контракте не предусмотрены обязательства по состоянию здоровья принимаемого ребенка. В 2006 году около 300 семей взяли под свою опеку детей, больных ВИЧ. Практически невозможно найти «фостерную» семью, желающую взять родных братьев и сестер, так как приемные родители считают, что родные дети могут составить им оппозицию, которую американцы не терпят органически (о причинах будет рассказано ниже). Во многих сферах буквоедство американцев в части соблюдения законов и предписаний доходит до абсурда.  Например, приемные родители могут быть лишены прав на «фостер», если кого-то из их застанут с бутылкой пива в руках, так как это приравнивается к хроническому алкоголизму. Проверяющие проигнорируют сообщение, что у вас день рождения. Был случай, когда 40-летнего мужчину лишили прав на опекунство только за то, что ходил по собственному дому без футболки. Социальные работники посчитали, что он таким образом «оказывает на детей негативное психологическое давление». Как важно чувство меры во всем!    

6

Итак, в школах широко применяется установка на получение счастья, а не только знаний. “School is fun», - так говорят на протяжении многих поколений американские родители, отправляя своих чад в школу. «Школа должна (выделено мной – М.Ч.) приносить удовольствие!» И если школьник думает иначе, то в глазах окружающих это говорит не о наличии у него самостоятельного взгляда на окружающий мир, а то, что этот ребенок не в порядке, и его надо отвести к врачу психиатру. Отвлечь, увлечь и одурачить – таковы приемы мошенников и от рекламы, и от жаргонной культуры, и от воспитания. Практика показывает, что эти приемы актуальны особенно в новейшее время.

Во что это выливается? – спросите вы. По данным психологов университета Чикаго американцы часто не способны полностью понимать иную точку зрения, так как не могут примерить на себя взгляды собеседника, у них нет таких навыков или они не развиты. Не потому ли в некоторых американских школах стали вводить факультативные уроки обучения шахматам, ибо она, одна из немногих игр, способна сразу же (при болезненном поражении) заставить уважать ум противника и развивает способность к пониманию мыслей человека, сидящего напротив.


Достижение счастья в общегосударственном масштабе – главная цель заокеанской жизни, а тем более в детстве. Эта цель сформулирована 200 с лишним лет назад в таком серьезном документе, как Декларация независимости, которую прижимает левой рукой к груди мисс Либерти – стадия Свободы. Еще раз напомню главную мысль Декларации: «…люди созданы равными и наделены Богом некоторыми неотчуждаемыми правами, среди которых жизнь, свобода и стремление к счастью». В 21 веке никого из американцев не интересует, что Т. Джефферсон, основной автор,  создавал свою прокламацию (по-другому сказать трудно) под впечатлением трудов философов-утопистов (Сен-Симон, Кампанелла). Он, как убежденный идеалист, действовал без задней мысли.

Затвердили отцы-основатели в Конгрессе право на счастье (the pursuit of happiness) – значит, подавай-ка его сюда и немедленно. Может быть не так решительно, как я предположил, но ожидание счастья, этого симбиоза сытости в желудке и легкости на сердце, от которой хочется плясать и постоянно улыбаться, как в детстве, не оставляет американца всю дальнейшую жизнь. Он   улыбается людям, поглядевшим на него (только им!), и делает это всю дальнейшую жизнь, как бы она не складывалась.

Хорошо ли это? Лев Николаевич Толстой, безусловно, знал о государственной задаче отцов-основателей США обеспечить всех своих граждан счастьем и вот, что он сказал, как бы заочно отвечая им: «Если только представить, что целью жизни является одно лишь счастье, жизнь превратится в жестокую и бессмысленную вещь. Нужно понять то, о чем говорит вам мудрость человеческая, ваш разум и ваше сердце: смысл жизни в том, чтобы служить той силе, которая сделала вас таким, какой вы есть. И тогда жизнь превратится в радость». Вспомним о пятилетнем мальчике, который непременно хочет выучиться игре на балалайке, и согласимся безоговорочно с великим русским писателем.

Мечта о счастье, а зачастую требование его, как непременной составляющей жизни,  часто находит отражение в американских, художественных произведениях и кинофильмах. Недавно крутили третью серию «Терминатора». Молодой герой предлагает Терминатору ехать с ним в главный штаб американской армии, найти отца героини, генерала, и решить все проблемы с ним или через него, точно не помню. Не смотрю я эти фильмы. Лишь случайно, но символично наткнулся почти сразу на ключевую фразу, сказанную героем: «Поехали с нами, вместе решим проблемы, а потом мы будем счастливы!»

И что же остается в сухом остатке? К чему приводит такое примитивное восприятие счастья?

Если что-то не так, если нет душевного равновесия, если на желудке неуютно из-за недостатка качественной еды, то американец паникует, он чувствует себя обманутым и бежит к психотерапевту, но не только за советом и руководством, а за таблеткой. Вера таблетку в Америке святее веры в Бога. Американцы для решения вопроса о счастье осознанно выписывают у персонального психотерапевта рецепт на транквилизаторы (tranquilizers). Их называют иногда более мягко – антидепрессанты.


Как-то я со сватьей покупал для внука термометр для замера температуры тела. Замечательные приборы: вставишь в ухо и через 1 секунду готов результат. Кстати, приборы местного изготовления и стоят по 50 долларов за штуку.

Был поздний осенний вечер. Глухая мгла спускалась над одной из «плаз» (площадь) Стерлинга. Сватье что-то требовалось заказать по рецепту, а я в ожидании её прошелся по пустынной площади, заполненной лишь автомашинами, а потом, замерзнув, уселся в машину и стал «зевать» по сторонам. Вот вышедшая из аптеки дама уселась в стоящую по соседству машину и, воровато оглянувшись по сторонам, торопливо проглотила таблетку из коробочки, только что купленной в аптеке, и запила её водой из бутылки, благо те всегда рядом. Потом она долго сидела, уткнувшись в рулевое колесо. Минута, другая, третья. Я смотрел на неё, она была недвижна, как японский болванчик, размышляющий о вечном. Оно будто пронзило ее насквозь и пригвоздило к колесу неожиданной и светло-приятной мыслью, что стало неловко глядеть на неё.

«Это уголовно наказуемое действие», - так прокомментировал мое наблюдение сын.

7

Чем еще знамениты Штаты, кроме, военно-морского флота с внушительным числом громадных авианосцев, крейсеров и подлодок, шустро снующим по всем морям и океанам, авиации, небоскребов? «Случайным» отстрелом своих же соотечественников. Каждый месяц средства массовой информации и, прежде всего, телевидение, доносят до нас кадры жутковатой хроники, заставляющей шевелится волосы. То здесь, то там выходят на тропу войны с друзьями, сокурсниками, одноклассниками убийцы-одиночки. Вот только в феврале 2008г. было несколько (!) случаев массовых убийств невинных граждан в разных местах Америки. Один пришел рассчитаться с неугодным мэром, попутно стреляя в окружающих, другой стал косить очередями горожан в центре оживленной улицы, третий убивал студентов. Только лишь одиночками  разве можно их назвать, если число их с момента образования США перевалило за многие тысячи? Это уже явление, причины которого, кажутся, американцам не ясными до сих пор.

Мне думается, что я нашел разгадку этой напасти. Убийцы - это те обиженные люди, которым не хватило кусочка счастья, даже самого малюсенького, обещанного Томасом Джефферсеном. Когда не помогают таблетки, остается одно – оружие, кардинально уменьшающее число конкурентов на получение счастья. Насилие в крови у американцев, другого метода для достижения цели они не знают, так как все богатства личные и государственные достигнуты через насилие. Об этом мы уже говорили.


США занимают первое место в мире по числу уголовно преследуемых по закону людей, а короче, сидящих в местах не столь удаленных, как сказали бы мои соотечественники. Это из данных, столь любимой американцами статистики. Более двух миллионов (2,2 млн.) заключенных. Из них цветных  более 50 процентов. Американцы до сих пор считают цвет кожи причиной правонарушений. Скажите, что мудрено я изъяснился. Ничуть! Поживите, хотя бы несколько месяцев в США.

Ведь заключенные - это те же искатели и «обладатели» счастья, обещанного всемирно известной Декларацией независимости.

Ущучили? Так бы спросил знаменитый когда-то хулиганистый персонаж интермедий Аркадия Райкина. Кому-то достаточно молчаливых таблеток, а кому-то мало в руках кольта, рыгающего пулями.