Михаил Чижов

нижегородский писатель

Онлайн

Сейчас 62 гостей онлайн

Последние комментарии


Рейтинг пользователей: / 1
ХудшийЛучший 
Содержание
Есенин и мы
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Все страницы
 
Почти все предметы и явления природы у Есенина одухотворены. Роща «отговорила», дорога «дремлет», «взбалмошная луна» вяжет «кружевные узоры», клён – «пьяный сторож», а вечер  «насопил чёрные брови».
Прочитайте любое стихотворение, и вы найдёте этому самое исчерпывающее подтверждение. Или вот совсем уж бесподобное сравнение:
                  «Режет серп тяжелые колосья,
                  Как под горло режут лебедей».
Между тем, «смерть в потемках точит бритву», и «желтый хвост упал в метель пожаром», и в «землю вопьются рога». И как апофеоз:
                  И глухо, как от подачки,
                  Когда бросят ей камень в смех,
                  Покатились глаза собачьи
                  Золотыми звездами в снег.
Максим Горький, которому Сергей Есенин читал «Песнь о собаке», вспоминал, что при последних словах «на его глазах тоже сверкнули слёзы».
Усмешливо и иронично Есенин признавал значение своей поэзии хотя бы вот в таком значении:
                  Для зверей приятель я хороший,
                  Каждый стих мой душу зверя лечит.
Душу-то (!) зверя лечит. Но всякая ли человеческая душа подвержена такому лекарству, как поэзия Есенина? Надо признать, что нет, и об этом говорилось чуть выше. И это не беда Есенина и его поэзии, не отсутствие мастерства и недостатка ярко звучащих слов, доходящих до всякого сердца. Это беда людей, всё более и более одобряющих или тихо смиряющихся с бездушием общества накопительства. Людей, считающих совесть химерой, мешающей вольготно, счастливо и сытно жить. А без совести душе не жить, не бывать. Понимая это, Есенин без устали говорит о душе, скорбит, если она уходит из бренного тела человека, сам боится «погаснуть душой».