Насколько трудно выполнить обещанное, настолько приятно осознать выполненное. Это о ещё одной поездке в Сёмино.
В Ковернинском районе уникальная почва: рыжая глина чередуется с белой, как каолин, скользкой и мылкой, такой, что, кажется, ещё чуть-чуть надави, и запузырится пена из размокшей земли. И вся эта масса наполовину сдобрена песком, образуя, так называемый, суглинок, из которого при распашке охотно «растут» камни. Путешествие на три километра по мокрому суглинку лесного бездорожья можно приравнять к этапу ралли Париж – Дакар.
Нам повезло: накануне подморозило. Светло-рыжее, как Ковернинская глина, солнце после нескольких дней близорукого ненастья многократно расширило горизонт для игры красок засыпающей природы. В морозном, осеннем воздухе не было ни пылинки, ни соринки, хотелось неторопливо дышать, восхищаясь каждым глотком. Скупыми лучами бедно освещались бесчисленные перелески, в которых темно-зелеными островерхими пирамидами выделялись могучие ели. Предзимье – особая, счастливая пора для хвойных, когда лиственные конкуренты их, потеряв свое украшение, безликие, отошли на второй план. Думалось, вот оно счастье: стоять тепло одетым на посеребренной желтой стерне осеннего поля, оглядывая в лучах низкого солнца тихие необозримые дали. Здесь легко ощущается вечность: триста, четыреста лет назад тут были те же перелески, ели, желтеющие поля. Именно ощущение вечности служит толчком к самовыражению, даёт начало истинному творчеству, каким является хохлома.