Михаил Чижов

нижегородский писатель

Онлайн

Сейчас 38 гостей онлайн

Последние комментарии


Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
Содержание
Котёл
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Все страницы

Накануне, поздно вечером, Светлов в сопровождении двух солдат внутренней службы срочно выехал в Кайшядорис, небольшой городок в четырех десятках километрах восточнее Каунаса, где была задержана диверсионная группа, готовившая взрыв железнодорожной полотна, ведущего на восток, к Вильнюсу.

Единственный уцелевший диверсант, развязно задрав рыжую голову, молчал. Он не отвечал ни на один вопрос, даже под угрозой расстрела, так как вздрогнул, услышав слово «кончать». Значит, по-русски понимает. Два других подельника свое уже отговорили, тихо полеживая рядом с будкой обходчика с накинутыми на головы мешковиной. Убитого в короткой и яростной стычке милиционера железнодорожники увезли на дрезине.

Разглядывая широкоскулое, крепкое в челюстях, породистое (так  определил Светлов), не потерявшее при аресте уверенности лицо с римским хрящеватым носом, хищно вырезанными ноздрями и злыми глазами, он терялся в догадках. Такие упорные экземпляры ему ещё не попадались. Синеватого цвета рубашка с черной жилеткой и короткие, полосатые штаны явно претендовали на народный литовский костюм, будто его владелец с парабеллумом торопился на летний праздник песни. И тут, будто Светлова кто-то дернул за язык, он  спросил имя главаря по-немецки. Тот помолчал, собираясь с мыслями, и словно приняв вызов, ответил на своем родном языке.

За те полгода, что Светлов был прикомандирован Москвой в Литве, он исколесил её вдоль и поперек. Работал со старой русской агентурой по выявлению активистов «пятой колонны», «брал» и таких вот «песняров» с военной выправкой. Да и сам вербовал агентов среди отъезжающих на жительство в зону влияния немцев или в саму Германию. Согласно пакту Молотова - Риббентропа такие перемещения допускались.

Диверсант заговорил, и его самоуверенные, резкие, бичом бьющие немецкие слова, за которыми стояла, по его мнению, вся мощь Германии,  обдали Светлова кипятком. «Вот тебе бабушка и Юрьев день, - чуть не закричал он от потрясшего душу прозрения. - Немцы нагло отрезают отход наших войск, а мы чухаемся, боясь провокаций. Значит, война! И не сегодня, так завтра».

И застучала кровь в висках, и заломило в затылке, надо быстрее эвакуировать жену с детьми: восьмилетнюю Инну и 4-х летнего Толика. Зачем, ну зачем он торопил их с выездом из Москвы? Писал трогательные письма, звал, тосковал. Ведь знал, хорошо знал, что война будет. Ведь не ему же, оперативнику НКВД, вбивать в голову миф о несостоятельности слухов о грядущей войне СССР и Германии, подобный тому, что распространило неделю назад ТАСС в газете «Правда»!

Томка, вот молодец, будто чувствовала недоброе, тянула время, не выезжала к нему. Только в апреле, когда его начальника Вадима Журавлева вызвали в Москву, Светлов уговорил его заехать к нему, пожить у него, не путаться с гостиницей и забрать на обратном пути Томку с детьми. Светлов нахваливал свою недавно полученную отдельную, трехкомнатную квартиру на Преображенской площади в новом, огромном доме на первом этаже, с ванной и отдельным туалетом. «Одно неудобство – остановка троллейбуса под окнами. Шумят они», - говорил, гордясь, Светлов и щурил неулыбчивые, карие, цыганские глаза. И уговорил, и Журавлев согласился, и взял записку, четвертушку листа, срочно вырванного из амбарной книги и усыпанного черными тараканами торопливых светловских букв.



Комментарии   

 
# Анатолий Александ.С. 13.11.2014 09:32
Михаил Павлович! Огромное спасибо за память о моем отце в повести "Котёл".
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить