Михаил Чижов

нижегородский писатель

Онлайн

Сейчас 96 гостей онлайн

Последние комментарии


Рейтинг пользователей: / 0
ХудшийЛучший 
Содержание
Котёл
Страница 2
Страница 3
Страница 4
Страница 5
Страница 6
Страница 7
Страница 8
Страница 9
Страница 10
Страница 11
Страница 12
Страница 13
Страница 14
Страница 15
Страница 16
Страница 17
Страница 18
Страница 19
Страница 20
Страница 21
Страница 22
Страница 23
Страница 24
Страница 25
Страница 26
Страница 27
Все страницы

Как-то возле одной из них Светлов услышал разговор двух отдыхавших после боя бойцов. Удивительное дело, как сохранялись эти печи, символы русского быта, после немецкой тактики «выжженной земли». Огромные в размерах, с широким зевом, подчас аккуратно закрытым жестяной заслонкой, они возвышались среди сгоревших домов, возбуждая в бойцах яростную ненависть к фашистам. В абсолютном большинстве своем красноармейцы сами недавно отошли от таких вот деревенских печей, прощаясь с матерями-крестьянками.

Два бойца по-хозяйски расположились около печи, проверили тягу, наломали дров из наполовину сгоревшего, угольно-черного заборчика и затопили её, намереваясь подогреть банки с тушенкой.

-Вот фриц проклятый, все палит, отступая.

-Да, - вытянув две буквы в целое предложение, согласился второй, курносый и круглолицый парень с ямочками на щеках, - сколько лесу-то надо, чтоб отстроить заново.

-Освободить сначала надо, - вдруг со злостью возразил первый, раскуривая самокрутку, - чуешь, как немец толково воюет. За каждую деревеньку бьемся по два дня. Эдак за десять лет не дойдем до Берлина. Деревень-то в России тыщи. – Он желчно ощерил тонкогубый рот.

-Да, - эхом протянул второй, - тыщи.

-Прекратить разговорчики, - резко сказал Светлов, проходивший мимо по другую сторону печи и потому незамеченный бойцами.

-Так точно, прекратить, товарищ майор, - не испугавшись особиста, смело козырнул первый боец.

-Добьем фашиста в его логове!? – полувопросительно, но с приказной интонацией сказал Светлов.

-Так точно, товарищ майор, добьем! – разом ответили бойцы.

-То-то же. Держитесь молодцами, - с силой в голосе приказал Светлов, поворачиваясь.

-Будем держаться, - вскинулись бойцы, а потом, присев на чурбаки, замолчали.

-Да, - теперь подобно второму протянул первый, - особист - Человек. Другой бы за мое сомнение потянул бы в отдел, чтобы выслужиться.

-Да, - привычно согласился второй, - давай, наконец, подхарчимся что ли, - предложил он, переводя разговор на тему, более земную, близкую и понятную усталому телу и голодному желудку.

Война собирала свою жатву без устали, зло, напористо, словно выполняя некий план. То, что в мирное время сочли бы безнравственным, трудно переносимым, невозможным, теперь вошло в повседневный, рутинный оборот. Усталые разговоры о смертях и ранениях почти не задевали сознание. Смерть постоянно носилась в воздухе, словно сказочная Баба-Яга в ступе, задевая своим помелом то одного, то другого бойца, офицера, генерала. Все были равны перед ней, как провинившиеся сыновья перед строгим отцом…

Освобожденный город – это обширное поле работы особиста. Не остались ли замаскированные враги, их пособники: полицаи, бургомистры, шпионы. Когда другие отдыхают после боев, особист мотается по освобожденной территории.



Комментарии   

 
# Анатолий Александ.С. 13.11.2014 09:32
Михаил Павлович! Огромное спасибо за память о моем отце в повести "Котёл".
Ответить | Ответить с цитатой | Цитировать
 

Добавить комментарий


Защитный код
Обновить